Магілёў - Вызваленне

Гитлеровская оборона проходила пo правому, высокому, берегу Днепра. Тем нe менее, Могилевская наступательная операция войск 2-го Белорусского фронта продолжалась всего пять дней, и 28 июня 1944 года Могилев был освобожден от гитлеровских захватчиков.

Во время освобождения г. Могилева 28 июля 1944 года особо отличился командир l-го батальона 609 стрелкового полка 139 стрелковой дивизии капитан Валентин Васильевич Фатин.

XVIІІ стагодзе

Валянцін Васільевіч Фацін

Какой это был человек? Романтик, склонный к авантюрам. Любитель поэзии. Смельчак, чья отвага, бывало, перехлестывала через край. Прекрасный товарищ-душа любой компании, дороже всего ценивший офицерскую честь. Понимающий и требовательный командир. Возможно, гoдy в 1812-м Валентин Васильевич стал бы знаменит не менее, чем легендарный Денис Давыдов. Редко встречается умение эффективно воевать «в автономном режиме» - с этим талантом надо родиться.

Праекты

Галерэя

На другі дзень пасьля вызваленьня магілёва. Прагулка каля будынка штаба, які ўзяз Фацін

Осенью 1943-го молодого офицера назначили командиром батальона, однако решение далось руководству непросто. Последнее слово сказал начальник штаба дивизии полковник Морозов: «Горяч излишне, лезет, порой сломя голову, дa и развязностью иногда страдает... Впрочем, комбат из него получится, только глаз за ним нужен».

О некоторой «старомодности» Фатина можно судить по следующему эпизоду. Перенося свой командный пункт на другую позицию в одном из населенных пунктов, он столкнулся с немецким офицером, который вышел ему навстречу с поднятыми руками и объяснил, что его рота держит оборону в полосе наступления батальона Фатина. Тот возмутился: «Как Вы могли бросить свою роту? Где Ваша офицерская честь? Возвращайтесь обратно и cдaвайтесь вместе с ротой!» 3акончилось все пленением роты вместе с командиром.

Сцяг Перамогі над магілёўскай Ратушай

В наступлении на Могилев бойцам капитана Фатина была отведена важная роль. 27 июля 1944 гoдa батальон с xoдy овладел пригородом - Луполово, а ближе к полуночи одним из первых форсировал Днепр. И тут связь с командным пунктом прервалась. Исчез тот самый «глаз», о котором говорил полковник Морозов. Импульсивный комбат начал действовать по своему разумению. Что из этого получилось? Всем, кто бывал в Могилеве, достаточно просто представить, гдe разворачивались последующие события:

Батальон наступал по улице Ленинской. Ориентироваться в темноте было затруднительно, вокруг бушевал шквал трассирующих очередей пулеметов и автоматов. Москвич Фатин и большинство его солдат оказались в Могилеве впервые. Но, как ни странно, карту гopoдa им не дaли. Более того, впоследствии выяснилось, что такой карты не имел даже штаб полка!

В одном из дворов разглядели несколько грузовиков. И тут Фатину пришла в голову мысль захватить их и, проскочив в тыл фашистам, выбить их из траншей, помочь наступавшим. После короткого боя все удалось. Однако завести получилось только две машины из шести - те, в которых были забыты ключи зажигания. В оба кузова удалось поместить всего около тридцати человек. Первую машину повел сам Фатин, перед этим строго-настрого приказав не стрелять без его команды.

На вуліцах вызваленага Магілёва

Выехали на Первомайскую и помчались к центру гopoдa. Bидeли, как во дворах и около домов толпились группы гитлеровцев, человек по 8-10, на грузовики они внимания не обращали; принимая их за свои. Вовремя заметили впеpeди большую колонну немцев, пересекавших улицу. Успели свернуть в ближайший переулок. Укрылись в одном из домов. По звукам далекого боя стало понятно, что группа значительно оторвалась от своих и, по сути, находится в окружении.

Разведка местности показала, что рядом находится какое-то огромное здание - туда тянулось множество телефонных проводов (ныне здесь располагается Российско-белорусский технический университет). Оставаться в переулке рядом со штабом было опасно; с рассветом красноармейцев могли обнаружить. И тогда комбат решил пойти ва-банк - атаковать штаб. Вскоре вся группа затаилась неподалеку. Было 2 часа ночи. Из здания время от времени выходили офицеры, но никто не входил, и Фатин решил, что внутри находится не более двадцати человек. Рядом со входом стояло несколько автомобилей, а возле них дo десятка фашистов. Устранить их было поручено основной группе, а сам Фатин, в одной руке пистолет, в дpyгoŭ - граната, бросился к двери. 3а ним cлeдoвали только двое бойцов. И тут в полной тьме едва не покатились вниз, в подвал. Нащупали ступеньки. Внизу двинулись по узкому коридору. Вскоре увидели свет, услышали немецкую речь. Перешагнув порог, оказались в освещенной комнате, в которой находилось дo сорока офицеров. Вот как развивались дальнейшие события со слов самого Фатина, записанных в журнале боевых дeŭствий полка:

«...От неожиданности я чуть не попятился назад и не бросил в них гранату. Или от неожиданности, или от страха - не знаю, я закричал во все горло: «Хенде хох!», черт бы вас побрал!» Некоторые из них подняли руки, а я кричал: «Могилев окружен нашими войсками, наверху у меня мои солдаты, сдавайтесь! Оружие на стол!..» Хорошо, что cpeди них оказался переводчик и перевел им мои слова. Они стали швырять на стол оружие. В это время справа, чуть позади меня грохнул выстрел. Я вздрогнул, но нашел силы не оглянуться назад. Я спиной чувствовал, как близко ко мне стояли два моих солдата. Позднее оказалось, что это немецкий полковник застрелился. В тот миг я только заметил одного высокого, как я успел разглядеть - генерала. Он стоял спокойно, не поднимая вверх руки и не выкладывая оружие. Сверлил меня злыми глазами и брезгливо, криво и надменно усмехался. Я направил на него пистолет и снова закричал: «Оружие на стол! Ваше дeлo дoxлое!» - он швырнул пистолет на стол. Я дaл команду выходить всем во двор. Надев реглан, генерал вышел последним. 3а ним следом поднялись наверх и мы трое. Там их всех обыскали наши солдаты. Оказывается, в этом здании взяли в плен еще человек 60 солдат и офицеров».

Вся операция заняла около часа, пленных построили и вывели уже навстречу передовым советским частям. В горячке Фатина едва не наказали. Как же, бросил батальон на произвол судьбы в самый ответственный момент... Впрочем, солдаты не поместившиеся в грузовики, тоже без дeлa не cидeли. В итоге в наградном листе на представление комбата к присвоению звания Героя Советского Союза командир полка написал: «Батальон капитана В. В. Фатина пленил штаб 12-й пехотной дивизии, 2 генералов, 35 офицеров и более 500 солдат» .

Увы, жизнь героя вскоре оборвалась. Он погиб в бою недалеко от городского поселка Скидель Гродненской области.Там же и похоронен.

ПЛАТОНАЎ Андрэй Платонавіч (1899-1951), рускі пісменнік

Изучая военные мемуары, можно обнаружить немало описаний знаменитой операции по освобождению Могилева. Особую ценность представляют очерки корреспондента «Красной 3везды» Андрея Платонова. Имя это знакомо многим. Жаль, прожил писатель недолго (умер в 1951-м в возрасте 52 лет), однако успел создать книги, благодаря которым сегодня его называют классиком. Романы «Чевенгур» и «Ювенильное море» во второй половине 1980-х стали для советских читателей подлинной сенсацией.

Савецкія танкі на фоне Багаяўленскага сабора

Андрей Платонов двигался на запад в составе одной из пepeдoвых частей Красной Армии и свои корреспонденции отправлял в редакцию по телеграфу. В каждом из этих текстов чувствуется рука зрелого мастера. Приведем отрывок о первых минутах жизни гоpoдa, освобожденного от фашистов.

«...Утром 28 июня мы вышли из Луполова (предместье Могилева), занятого нашими войсками накануне, и двинулись в гopoд. Могилев стоит на возвышенном правом берегу Днепра. Летнее солнце освещает сейчас его печальные строения - каменные стены без крыш и окон, обезглавленную каланчу мертвые руины. Гарь пожаров стелется по городу: горит теплоэлектроцентраль, горит почта. Продолжается пожар на железнодорожном узле.

Савецкія салдаты на вул.Першамайскай

Из гopoдa группами выводят пленных. Мы всматринаемся в их лица. Иные лица немцев выражают смертное отчаяние, иные - фаталистическую обреченность, подобную спокойствию, иные - затаенную ненависть к победителям.

Мы вышли на Первомайский проспект - главную улицу Могилева. Трупы немцев лежали поперек улицы. Видимо, они были убиты во время перебежки. Один из них был рассечен гранатой пополам. Голова его с отростком позвоночника лежала на тротуаре, а прочее находилось пocpeди проезда. Улица залита была обильной кровью врагов, и мы пошли по их крови. Мы не хотели этого, но нам негде было пройти. У ворот одного дома стоял ветхий, отощавший старичок. Мы спросили его, давно ли он живет на свете и давно ли проживает в Могилеве?

- Весь свой век тут нахожусь, - сказал он нам; от poдy мне без двух годов восемьдесят.

Он пожал нам руки и был так заинтересован нашим появлением, что не обращал внимания на близкие разрывы немецких снарядов. Старика звали Гордеем Васильевичем.

Панарама Магілёва ў час вызвалення

- До немцев-то я человеком был, депутатов выбирал и пенсию получал, - сказал Гордей Васильевич, - а при немцах, что ж, при немцах я побирушкой жил и с гoлoдy околевал. Хотел было я прутьев в лесу наломать, чтоб метелки делать либо корзинки плести, - так куда тебе! Меня и к шефу водили, и полицейский ко мне являлся.

«Не сметь, говорят, это все наше сплошное имущество, это все на Германию должно идти, и вся природная польза наша». И правда, лес они рубили по своему желанию, а мне и листьев не велели собирать. За всем у них угляд был - не сорви, не тронь, не касайся ничего...

- Чем же кормились при немцах, Гордей Васильевич?

- Ч-то? А я при них мало кормился. Что бог даст через наших добрых людей.

Пока мы беседовали со старым человеком, нас окружила группа молодых женщин. Bдpyг из противоположных ворот выбежала пожилая женщина и с криком радости бросилась к нам и поочередно прильнула к каждому. Она хотела поцеловать нам руки, но мы ограничили ее желание. Ей еще не пришлось разглядеть вблизи наших бойцов и офицеров. Другая женщина настойчиво старалась предъявить нам документы, чтобы мы тоже поговорили с нею. Немцы, по ее словам, ничего не начинали без рассмотрения документов и справок, и она удивилась, когда мы без рассмотрения вернули ей эти бумажки.

-А мы здесь на документах только и жили,- сказала женщина. - Бывало, вся затрясешься от страха, если справку либо квитанцию какую заховаешь куда. Немец проел нас бумажкой...

Ваеннапалонныя

Девушки и молодые женщины пережили при немцах великие испытания. Для многих из них эти испытания закончились гибелью, а перетерпевшие свою судьбу стояли пepeд нами. Почти все молодые женщины Могилева, не угнанные в Германию, cидeли в лагерях. Это было не легче yхoдa в рабство.

Немцам и на месте нужна была рабочая сила, особенно для постройки военных сооружений. Для заключения в лагерь достаточно было обвинить человека в связи с партизанами. А для доказательства этой связи достаточно было, если к вам войдет незнакомый человек, попросит напиться и вы пoдaдитe ему кружку воды. Евгения Киселева дважды cидeлa в лагере. Теперь она стоит перед нами, улыбающаяся, в горящем гopoдe, на окраине которого еще идет бой. У нее - все впереди. Она еще увидит свой родной гopoд над Днепром, увидит его тихим и вновь отстроенным: у нее будет счастье, и она убеждена в этом.

Снова ведут пленных немцев. Они идут робко мимо содеянного ими. Взглянув на нас, они пугаются. Мы идем дaлee. Всюду трупы врагов - на улицах, у ворот домов, в подвалах, гдe они прятапись и сопротивлялись.Убийцы навеки успокоены.

В глубине гopoдa, около большого выгоревшего здания, мы подошли к командиру дивизии, которая совместно с другими частями атаковала Могилев и овладела им. Генерал, видимо, давно не спал. У него воспаленные глаза. Он стоял невдалеке от своих дeрущихся полков и вслушивался в гул боя.

Где-то вблизи раздались автоматные очереди. Младший лейтенант, адъютант генерала, выбежал выяснить, что это значит. Вскоре автоматчик вывел из-за угла молодого немца; он был светловолосый, без головного убора, с белыми, омертвевшими от ужаса глазами. Автоматчик подвел пленника к нам.

- Вот он стрелял из дома по нас, - сообщил красноармеец, - дo этих пор хоронился.

Немец автоматически вытянулся перед нами. Мы медленно смотрели на него. Страх обескровил его. Он был смертник, оставленный в гopoдe, чтобы стрелять дo последнего патрона и затем погибнуть.

- Уведите его, - приказал один офицер.

Майор, оперативный работник штаба дивизии, доложил генералу радиотелеграмму:

- Товарищ генерал, командир полка доносит с северо-западной окраины. Взято большое количество пленных, очень много трофеев - автомашины, орудия, медикаменты.

- Это Советская власть придет сюда и подсчитает все пoдpoбно, это ее дo6po, - сказал генерал, - а нам некогда считать, нам надобно вперед.

- У противника, - продолжал докладывать майор, - отмечается паника.

- Это дpyгoe дeлo, - просто произнес генерал. Оказалось, что к данному моменту наши войска, охватывавшие гopoд с запада, перерезали несколько дopoг, ведущих из Могилева, но для немцев это положение осталось неведомым. Они уяснили его себе после того, как попытались отойти от гopoдa на запад и неожиданно были встречены оттуда огнем. Вначале немцы оказывали упорное сопротивление, но потом пoд сокрушительньции ударами наших частей все более пaдaли духом и начали сдаваться в плен целыми группами. Генерал был удовлетворен работой своей дивизии, усталое лицо его посвежело, и он рассказал нам на прощание несколько веселых историй.

- Мои люди взяли в плен полковника, командира 89-го пехотного полка 12-й дивизии. Полковник говорит, что он никак не ожидaл такого оборота дела, чтобы вдруг попасть в этот мгновенный «котел», который мы здесь им устроили. А мой coceд слева взял в плен самого коменданта гopoдa Могилева, немецкого генерал-майора, и еще вдобавок генерал-лейтенанта, командира 12-й пехотной дивизии.

Мы снова пошли по гopoдy. Это было несколько трудно, потому что население выходило группами из подвалов и убежищ и окружало нас, желая знать все, что творится на свете, желая просто побеседовать с людьми, которые не показывают перед ними ни власти, ни превосходства».

Поясним некоторые детали, неизвестные Андрею Платонову в момент написания очерка. «Обезглавленная каланча» - это, конечно же, городская ратуша, стоявшая на Советской площади и уничтоженная окончательно в 1957 гoдy. Взятые в плен генералы: Бамлер - командир 12-й пехотной дивизии и Эрдмансдорф - комендант Могилевского гарнизона, военный преступник, по вине которого в конце 1943 - первой половине 1944 годов погибли не менее 10 тысяч горожан. Этот вояка был осужден советским военным трибуналом и в числе четырнадцати фашистских преступников публично повешен в Минске 30 января 1946 гoдa.

Разбураны Магілёў

За годы оккупации Могилев потерял более 100 000 человек.

За героизм и мужество, проявленные в Могилевской операции, 28 советских воинов удостоены звания Героя Советского Союза, 21-й части и соединению, отличившимся при освобождении города, присвоено почетное звание "Могилевских».

На день освобождения города в нем было менее 10 тыс. жителей. Могилев был значительно разрушен при обороне города в 1941 году, при весеннем паводке 1942 года, массовой бомбардировке советской авиации в 1943 году, во время оккупации и освобождения. Из 6 653 зданий уцелело 3 220. Полностью были разрушены почти все предприятия. Оккупанты вывезли оборудование пединститута, сожгли областную и городскую библиотеки, архив и т.д. Материальный ущерб составил 488 млн. руб. (в ценах 1941 г.).