Калегі - 2004 - Не койки лечат людей...

Разам - зможам !

Грамадскае

Аб'яднанне

(г.Магілёў)

Заснавана

ў 2000 годзе

Праекты

Месца знаходжання:

Праекты

Калегі

"Выбранае" - 2004 - Не койки лечат людей, а хорошие врачи-специалисты.

Чарнобыль і здароўе

Палыкавіцкая крыніца

Калегі - "Выбранае" - 2004

Чыстая Дубравенка

Сустракая вясну

Праблемы Чарнобыля

Калегі

Не койки лечат людей, а хорошие врачи-специалисты.

Беседа с главным врачом детской обл. б-цы Малашко Валерием Анатольевичем.

Галерэя

КОР: Здоровье детей — тема приоритетная ещё с советских времён. Что изменилось за последние годы?

В. М.: Прежде, чем говорить о здоровье детей, стоит остановиться на медико-демографической ситуации. Она характеризуется сокращением рождаемости и ростом смертности. Уменьшается “предстоящая жизнь” при рождении, растёт число разводов, случаев рождения детей вне брака и число рождений у женщин, которые моложе 20 лет, и при этом снижается рождаемость у возрастных групп 20 – 29 лет, в самый благоприятный период для рождения детей. Наряду с этим, отмечается и ухудшение здоровья у беременных женщин, растёт число хронических заболеваний в детском возрасте. Эта безрадостная картина дополняется ростом таких явлений как социальное сиротство и неполные семьи.

Последнее комплексное исследование, проводившееся службами здравоохранения и социальной сферы, показало, что от четверти до трети всех детей воспитываются в группах риска — социального или медико-биологического. А учитывая, что сегодня более половины населения можно относить к необеспеченным слоям, следует понимать, – это всё отражается на детском здоровье.

Могилёвская область первой в Беларуси “ушла” в отрицательный прирост населения, когда смертность превышает рождаемость. В 2003 г. этот отрицательный прирост составил -7,3 (для сравнения, по стране показатель -4,9). Соответственно, стабильно последние годы снижается показатель рождаемости с 13,3 в 1992 г. до 8,9 на 10 тыс. человек. Удельный вес детского населения в области снизился с 22% до 17%.

Сами понимаете, на подобном фоне справедливо будет констатировать, что детское здоровье у нас не блещет. Если оценивать динамику последних 10 лет, то заболеваемость детей по всем возрастным группам и по всем категориям болезней имеет тенденцию к росту.

Лидируют болезни костно-мышечной системы. “Неподалёку” идут болезни мочеполовой системы, очень сложная ситуация с заболеваниями нервной системы и органов чувств, растёт число врождённых пороков – сердца и других органов, генетической патологии, непросто складывается ситуация с заболеваниями системы кровообращения, эндокринной системы. Вот вам печальный, настораживающий факт – рост болезней, передающихся половым путём, венерических заболеваний у детей. В большинстве случаев эти болезни восприняты от матери ещё в её утробе. Сегодня, к сожалению, разговор об этих тенденциях и болезнях носит привычный характер, оттенок будничных привычных забот. Например, у нас и сейчас находится ребёнок, рождённый от ВИЧ-инфицированной матери. Только в 3 года мы сможем уверенно сказать, инфицирован он или нет.

С чем это связано? Тут, на мой взгляд, действует комплекс факторов: экологические проблемы региона, проблемы здоровья женщин (практически 70% беременных имеют те или иные отклонения в здоровье), ну и целый вал социальных проблем, обрушившихся на людей последние годы. И знаете, сейчас сложно как-то разграничить и сказать, что влияет в первую очередь, а что вторично.

КОР.: Неужели всё так мрачно?

В. М.: Конечно, при всём этом, есть и достижения. Например, благодаря применению современных агрессивных медицинских технологий, нам удалось очень существенно снизить показатели младенческой смертности. Однако нерешённых проблем значительно больше.

Я говорил выше о том, что растёт число врождённых пороков. Очень многое снимало бы своевременное пренатальное обследование матери и плода. Но с осуществлением таких обследований есть проблемы, прежде всего материальные: не хватает оборудования, соответствующих медикаментов, реактивов для биохимического скрининга и т.п. А ведь последний способен дать чёткий ответ, например, о том, грозит ли плоду болезнь Дауна или иное неизлечимое заболевание. Несколько лет мы имели возможность проводить подобный скрининг, а сейчас периодически нам не с чем его осуществлять. Возвращаясь к той же болезни Дауна, мы сейчас чётко видим – как только заканчиваются реактивы и женщины не обследуются, сразу же отмечается всплеск поступления в нашу больницу детей с болезнью Дауна. И вот судите сами, что для государства дешевле, – найти средства на пренатальную диагностику, чтобы в необходимых случаев избежать рождения неполноценных людей, или затем всю жизнь осуществлять отнюдь не дешёвый социальный уход за больным человеком.

КОР.: Что же делать в этой ситуации врачам?

В. М.: Вообще, считаю, что качественное лечение в первую очередь обеспечивается хорошими специалистами. Их должно быть столько, сколько нужно. А у нас, к сожалению, чрезмерная роль отведена так называемому фактору “коек”. Расчёты финансирования осуществляются в привязке к койкам и т. д. Но ведь не койки же лечат! Думаю, здесь есть серьёзная проблема, требующая своего решения.

КОР.: Каковы особенности оказания помощи детям?

В. М.: Есть у нас проблемы и внутри самой отрасли детского здравоохранения. Хотя, на мой взгляд, нынче работа строится так, чтобы постепенно от этих проблем уйти. Сейчас, к счастью, возобладала позиция, согласно которой, вся педиатрия должна быть сконцентрирована на одной базе. И первые шаги уже предприняты. Так, мы на своей базе начали давать лечение больным аллергологического и нефрологического профиля. Это, безусловно, положительный факт. Появились большие диагностические возможности, более развитая база технологий интенсивного лечения. Приход врачей из других лечебных заведений обогатил наш коллектив новыми квалифицированными специалистами, их профессиональным опытом, который нам очень нужен.

КОР.: Значит не всё так плохо. А что ещё нового в вашей больнице?

В. М.: Ещё одна масштабная задача, которую мы сейчас решаем – перевод на базу нашей больницы всей детской хирургической службы. Понятно, что выполняя эту задачу, мы действуем в рамках достаточно стеснённого бюджета. И сам факт своеобразного укрупнения детской хирургии – не от весёлой жизни. Таким образом, достигается рационализация бюджетных расходов при сохранении качества медицинской работы. Не знаю, сможем ли мы достичь всего задуманного, но стремиться к этому нужно. И понятно, для решения стоящих задач требуется оснащение нашей базы современным оборудованием и технологиями. Мы рассчитываем здесь на понимание и поддержку местных властей. Пока никаких решений нет, но во всех своих выступлениях, в том числе, на сессиях областного Совета, я убеждал облисполком в правоте и высокой актуальности моей позиции.

С 1 января 2005 года нас ожидает ещё одно важное испытание. Мы возвращаем себе в зону обслуживания возрастную группу подростков. Хотя, частично мы уже прошли этот этап. Уже 2 года мы обслуживаем подростков-инвалидов. Теперь предстоит пойти дальше. Начнём с одной-двух поликлиник в Могилёве, чтобы на них отработать все технические детали перевода подростковой службы к нам. Тут ведь есть различные аспекты, которые не учесть нельзя, – от воинского призыва до определённых организационно-медицинских вопросов, например, мы привлекаем к работе детского психолога.

КОР.: Сейчас много разговоров о реформе в медицине. Коснулась ли она вас?

В. М.: Конечно, среди проблем, мимо которых пройти не могу, отмечу и эту. Не секрет, что при реформировании здравоохранения был механически ликвидирован целый ряд врачебных должностей. И это больно ударило по карману медсестёр и врачебного персонала. Известно, что значительная часть заработка врачей складывалась из оплаты труда по совместительству. Когда его отменили, нагрузка на медиков не уменьшилась, а вот денег они стали получать зримо меньше. В общем, работать нам стало труднее. Например, мы были вынуждены сократить целый сестринский пост в инфекционно-боксированном отделении детей первого года жизни, в отделении патологии новорожденных. Для нас это серьёзная ситуация. Ведь для детской клиники вопросы надлежащего ухода за больными детьми идут вровень с вопросами лечения. Хорошо, что ещё не отменено право главных врачей в пределах штатного расписания больниц что-то варьировать, в зависимости от ситуации вводить те или иные должности. Например, у нас таким образом был приглашён врач-окулист. Он не был предусмотрен в нашем штатном расписании, однако без него сложно осуществлять лечение по нескольким медицинским направлениям. Поэтому, мы сумели найти, так сказать, внутренние резервы и теперь получаем квалифицированную помощь окулиста.

КОР.: Актуальна сегодня тема о платной медицине. Применимо ли это к педиатрии?

В. М.: Платная медицина для детского здравоохранения не является какой-то острой проблемой. Да, у нас есть платные услуги. Но, во-первых, услуги детского здравоохранения, как экстренные, так и обычные, оказываются бесплатно. Однако, мы были вынуждены пойти на введение платных услуг, в том числе, и в связи с проблемами с финансированием нашей отрасли. Подчеркну, эти услуги не касаются лечения, они касаются условий, обеспечивающих повышенную комфортность этого лечения (палаты повышенной комфортности, дополнительные консультации и дополнительная диагностика). Подчеркну так же, что, на мой взгляд, цены на наши услуги вовсе не поднебесные и по силам большинству обращающихся. А с другой стороны, получаемые средства позволяют нам иметь хоть какой-то резерв финансов для неотложных больничных нужд.

Касательно использования современных медицинских технологий, вообще высоких технологий, мы исходим из того, чтобы привлекать их на службу на наиболее важных направлениях, в лечении сложных болезней. Например, благодаря тому, что больница за прошлый год была оснащена новым, эффективным оборудованием, нам удалось снизить показатели младенческой смертности на 35%, в 2 раза – показатели смертности новорождённых детей, на 25%-30% снизилась перинатальная смертность у детей.

А что касается приобщения к новым информационным технологиям, повышения квалификации врачей, то я бы сказал, что время сейчас диктует, чтобы врачи сами серьёзно относились к своему самообразованию. У нас есть медицинская библиотека, мы посылаем на учёбу в Минск и практически никогда не отказываем коллегам, которые хотели бы съездить и привезти новый багаж знаний и умений. Остальное в большей степени должно быть инициативой самого врача. Сейчас, когда есть определённый переизбыток врачей на рынке труда и конкуренция между ними, нужно повышать свою профессиональную значимость, чтобы найти и не лишиться работы. Этому же служит и контрактная система. С плохим специалистом можно ведь и не продлить контракт, в пользу более достойного кандидата.

Сегодня здравоохранение переживает нелёгкий этап, происходит ломка стереотипов, меняются подходы к организации лечебного процесса. Реформирование идёт фактически “с колёс”, без серьёзного коллегиального обсуждения на всех уровнях. Это в свою очередь вносит сумятицу, непонимание задач, что ставятся перед здравоохранением. Хотелось бы, чтобы реформирование не носило механического характера, чтобы реформа была взвешенной. Чтобы медицинские работники не страдали из-за реформ, чтобы ясно видели перспективу и понимали, что же происходит. Это снимет недоверие к идущим реформам, сделает их воспринятыми и понятыми.

КОР.: Недавно вы были выбраны членом общественного экологического Совета при горисполкоме. Не много ли для вас нагрузок?

В. М.: Что ж делать, и эта проблема очень важна. Считаю, что общественный экологический Совет при горисполкоме призван провести анализ экологического состояния города и возможностей влияния на человека. Это нужно, чтобы городские власти предприняли потом серьёзные шаги по решению выявленных проблем. Свою роль как представителя общественности и депутата я вижу в том, чтобы более настойчиво проводить в жизнь требование по решению экологических проблем Могилёва.

Я рад тому, что имею такую возможность. Она неразрывно связана с предметом моих профессиональных забот. Экология – это тот фактор, который влияет на здоровье детей. Ну и кроме того, я житель этого города. В нём живёт моя семья, близкие, знакомые. И я хочу, чтобы Могилёв становился чище, благоустроеннее. А потом, я человек, которому интересно быть в каких-то таких делах, я испытываю кайф оттого, что могу видеть результаты своего общественного, нужного другим, труда. Я просто уверен, что в решении экологических вопросов нужно привлекать общественную инициативу. Надеюсь, что работа экологического Совета даст этому новый толчок.

Ну, а коллегам-врачам хочу пожелать к Дню медицинского работника — минимум огорчений, максимум улыбок пациентов, их благодарности и больше взаимопонимания! Больше мотивации медикам. Мне бы очень хотелось, чтобы их труд был достойно отмечен не только словами, но и в оплате. Это позволит моим коллегам ещё более любить и уважать свой труд, ощущать его значимость для людей и для государства.